Я маленьким гномиком в теле своём В трущобах миров час отсчитывал днём Вен реки текли непреложным путём... Приливы-отливы дышали во всем...
Единственный, последний, одинокий... Синица с ветки вдруг... ан зайка легконогий... А может, почудился мне шорох тот далёкий...
Причудливы гримасы облаков И воды океанов не немы... Крадется тень в голубизне снегов... Мерцает блик в глуби кромешной тьмы...
Так ночь на исходе, но ещё не рассвет... Блик света ли-сполох - и есть он и нет... Так вздох при рожденьи глубоко гортан: АЛА КОЛЕНКЕ ли... АУМ ли... АЙТАН...
Скрылось, бледнея, ночное светило, Новому дню уступив небосвод; Вспыхнуло блестками и растворилось В зыби синеющих вод.
V
Есть радость-утешенье (быть им прахом!)
Проклятием, висящим над казахом.
Встречая подлеца иль злодеянье –
Которого он сам не совершил –
Он радуется, словно оправданье
Нашёл всему, что в жизни нагрешил:
«Взгляните люди – ведь муслим он тоже,
А рядом с ним я чист, как ангел божий».
...Так он толкует заповедь Творца:
«Достаточно быть лучше подлеца»
Для Бога нет урода и красавца;
Есть верящий в добро и есть злодей.
Исправишься ль, равняясь на мерзавца?!
Добру – у добрых учатся людей.
Другая «форма самоутешенья».
Он говорит: «Я подл, ну и что ж?!
Когда вокруг сплошные прегрешенья,
Порок мой – и грехом не назовёшь».
Знать глупость иногда седоборода...
Невесту успокоит ли жених,
Сказав, что вонь – болезнь всего рода,
Привыкнешь, мол – смердит и от других?!
...Участвуй в скачках, но победы ради.
Чем «как-нибудь» – уж лучше посиди.
Какая радость спрашивать «кто сзади»,
Когда не счесть, кто мчится впереди?!
...Глупцы найдут взаимопониманье,
А двое умных будут враждовать.
Простор степи, взрастишь ли семя знанья,
И даст ли всход хоть крохотная пядь?..